Пикассо – а была ли патология?

Пабло Пикассо заслужил свое место в качестве одного из самых известных художников 20-го века, рисуя не нормально и не нормальное. На его картинах объекты часто представлены задом наперед, не по порядку или повернутыми в каких-то совершенно диких направлениях. Творчество Пикассо так необычно, что многие склоняются к версии, что художник был не совсем ментально здоров.

 

Дислексик

Пикассо родился в 1881 году в Малаге, Испания, и уже с самого раннего детства отлично рисовал. Однако его школьные успехи были весьма сомнительными. Учителя говорили, что у маленького Пабло «трудности с различением ориентации букв», а врачи поставили ему диагноз «Wortblindheit», «Словесной слепоты» – заболевания, которое описал немецкий врач Адольф Куссмауль в 1878 году. Страдающие словесной слепотой сохраняли нормальный интеллект, но не могли научиться писать.  Однако в конце концов Пикассо все же прошел школьный курс обучения и сдал экзамены1.

Наверное, всем станет понятно, что это за заболевание, если мы назовем его так, как спустя девять лет его назвал «переоткрывший» патологию Рудольф Берлин – дислексия. Такое «непонимание букв» в целом не редкость и встречается в среднем у каждого 12-го ребенка в мире.

Как и другие дети-дислексики, Пикассо плохо писал и читал, поэтому его часто выгоняли из класса, и он тратил это время на рисунки. В конце концов, отец призвал 14-летнего Пабло бросить обычную школу и заняться искусством профессионально – поступить в Барселонскую школу изящных искусств.  Но и здесь он часто прогуливал уроки, бродя по окрестностям бегая и зарисовывая достопримечательности города. Пикассо получал удовольствие от творчества и активно пользовался им, чтобы выразить свои эмоции.

Его последующий  художественный успех и необычность картин ученые Миддлсекского университета в Лондоне объясняют именно дислексией. Дело в том, что Пикассо рисовал свои предметы такими, какими он их видел, а видел он их неправильно. Особенности восприятия и воспроизведения  восходят к зрительно-пространственным способностям, способу, которым люди обрабатывают трехмерную информацию. Эта способность различать предметы в пространстве необходима для развития художественного таланта.

Пикассо видел мир совсем по-другому и хотел, чтобы люди представляли его так, как он. К счастью, с помощью своего искусства он смог показать людям мир своими глазами. Его картины были необыкновенными, и единственное, что заставляло его создавать такие великолепные и необычные произведения искусства, – это его дислексические особенности. Дислексия Пикассо, влияющая на ориентацию, позволила написать ему, например, «Старика с гитарой» и «Авиньонских барышень».

Люди часто воспринимают дислексию как инвалидность, но это способность, которая помогает нам раскрыть свои внутренние таланты. Она помогает создавать нечто настолько экстраординарное, что у большинства людей хватило бы смелости даже попробовать это сделать или воображения, чтобы это представить2.

 

Шизофрения в картинках

«El Loco» («Сумасшедший»), акварель на бумаге, написанная Пабло Пикассо в 1904 году, изображает неопрятного горожанина с искаженными пропорциями и неправильной осанкой. Он нарисован ярким, но неестественно синим цветом, у него непропорционально длинные конечности, изможденное тело, перекошенное лицо, манерно и напряженно изогнутые кисти жилистых рук. Такие удлиненные формы тела характерны для Эль Греко, греческого художника эпохи позднего Возрождения. Работы Эль Греко оказали глубокое влияние на движение импрессионистов и на Пикассо в его ранний «Голубой период», который характеризовался оттенками синего и визуализацией маргиналов и бедности.

Стилистика импрессионизма, в которой написана картина, предполагает определенное искажение реальности в угоду создания у зрителя определенного настроения, поэтому «El Loco» может быть просто стилизованным изображением городского сумасшедшего, построенным таким образом, чтобы затронуть чувства зрителя. Однако психиатры видят в «El Loco» очень точное изображение человека, страдающего тяжелыми психическими заболеваниями, особенно с шизофренией.

Конечно, сейчас та «типичная» картина шизофрении, которую наблюдали еще в середине прошлого века старые медицинские профессора, сейчас практически не встречается, благодаря лечению, а патологическую двигательную активность связывают с побочными эффектами антипсихотиков. Но во времена Пикассо спонтанные аномальные движения были связаны именно с шизофренией!

Так, первый антипсихотик, хлорпромазин, был открыт по счастливому стечению обстоятельств в 1950 году и представлен на рынке в 1952 году, через 46 лет после завершения «El Loco» (когда основным подходом к лечению шизофреников была их насильственная и постоянная госпитализация). Также имеются данные о том, что спонтанные аномальные движения могут быть связаны с шизофренией, независимо от дофаминергической блокады, обнаруживаемой при приеме нейролептиков.

На наличие дискинезий у больных шизофренией ссылается даже Крепелин (1856–1926). Он пишет: «Часто возникающие спазматические явления в мускулатуре лица… являются крайне своеобразными нарушениями. Некоторые из них напоминают движения мимики – наморщивание лба, высовывание языка… но никоим образом не бывают произвольными движениями»3.

Одно ретроспективное исследование пациентов с тяжелыми психическими заболеваниями (100 тематических исследований в период с 1911 по 1955 год) показало, что у 98 из 100 пациентов были зарегистрированы патологические движения: у 86 были нарушения осанки, у 84 были нарушения тонуса и у 74 были нарушения, касающиеся головы, туловища или конечностей. Хотя в этом исследовании оценивались пациенты с «тяжелым психическим заболеванием», а не конкретно с шизофренией (современные критерии шизофрении не будут формализованы в течение нескольких десятилетий), оно предполагает возможную общую патологию между тяжелым психическим заболеванием и специфическими двигательными расстройствами. Точно так же ретроспективное исследование пациентов с шизофренией в эпоху до антипсихотических препаратов показало, что аномальные движения возникают примерно у 15–23% пациентов. Наконец, исследование 2016 года в Индии, в котором приняли участие 100 пациентов с шизофренией, которые никогда не принимали нейролептики, показало, что у 14–16% были непроизвольные, спонтанные дискинезии.

«El Loco» может предложить исторический прецедент для рассмотрения аномальных двигательных расстройств как компонента или, по крайней мере, сопутствующего тяжелого психического заболевания (включая шизофрению). Возможно, еще может быть обнаружено более тонкое понимание шизофрении и дискинезий. Можно утверждать, что изучение искусства на протяжении всей истории могло бы дать дальнейшее клиническое понимание того, как мы концептуализируем психические заболевания.

 

Депрессия

Однако у «El Loco» – как и у других картин Голубого периода Пикассо – есть и еще одна возможная трактовка.

Дело в том, что возникновение этого этапа творчества тесно связано с трагическими событиями в жизни самого автора. Его близкий друг, с которым они переехали в Париж, в итоге тронулся рассудком и попытался убить и свою любовницу, и себя. Женщина выжила, а вот друг Пикассо отправился на тот свет.

Картина «Смерть Касагемаса» 1901 года открывает «Голубой период» творчества художника, основными темами которого стали боль, страдания и смерть. Характерная гамма – синие тона, почти монохром. Помимо бедняков и проституток, значительный процент героев Пикассо того времени – слепые. Их изображение говорит о мрачном и тревожном психическом состоянии художника, ведь он сам в своем мировосприятии и передаче его полагался именно на зрение4.

Психиатр Карл Юнг видел в картинах Пикассо Голубого периода «начинающуюся психическую диссоциацию» и даже шизофрению, однако это не так. И в «Старом гитаристе», и в «Обеде слепого» слепота или нарушение зрения объектов служит средством, подчеркивающим силу их других чувств. В статье «Изображения слепоты в Голубой период Пикассо» Равин и Перкинс утверждают, что Пикассо удлинял формы своих фигур на этих картинах, чтобы подчеркнуть другие чувства. Так, длинные руки гитариста метафорически передают его талант музыканта. Несмотря на то, что он слеп, он способен творчески выражать себя. Возможно, Пикассо нашел в слепых силу, поскольку им пришлось преодолевать невзгоды, с которыми зрячие люди не сталкиваются. Возможно, Пикассо предполагал, что слепые способны взаимодействовать с окружающей средой гораздо более мощным и осмысленным образом, чем зрячие.

Сторонники теории наличия у Пикассо депрессивного эпизода предполагают, что творчество, опиравшееся на эмоции (то есть на амигдалу), помогло художнику нормализовать баланс мозговой деятельности в начале нулевых – а также помогало держать его и дальше. Был ли Голубой период действительно манифествцией биполярного расстройства или просто проявлением глубочайшей скорби, совпавшей с окончанием взросления, сказать сложно, однако, в любом случае, сублимация оказалась успешной – Пикассо вышел из Голубого в Розовый период, полный нежных, радостных розовых тонов5.

 

Коты и автопортреты

Еще одна – так «удачно» подогретая Юнгом, но не нашедшая своего дальнейшего развития теория связана с потенциальной шизофренией Пикассо.

Современные аргументаторы ее очень любят опираться на анализ рисунков Луиса Уэйна (того самого, который всю жизнь рисовал одних котов) и автопортретов Пикассо.

Однако в работах Уэйна мы можем проследить явную привязку распада личности к увеличивающейся абстрактности, калейдоскопичности рисунков (в периоды улучшения художник возвращался к более реалистичному стилю исполнения), а у Пикассо стилистика четко подчиняется необходимой ему функции и служит инструментом, то есть у Уэйна кисть ведет художника, а у Пикассо художник ведет кисть.

Примечания

Количество просмотров: 1.
Добавить комментарий