Трупный яд – так ли страшен черт, как его малюют

С давних пор люди приписывали трупному яду множество свойств. От вполне практических – так, его считали причиной «заразности» мертвецов – до вполне мистических, наподобие способности оживлять мертвых. Но, конечно же, главное свойство трупного яда состояло в его невероятной, как полагали едва ли не до середины 20 века, токсичности. Считалось, что человек может заболеть, всего лишь коснувшись трупа рукой.

Трупного яда боялись настолько сильно, что крайне медленное развитие медицины в Средние Века было обусловлено не в последнюю очередь именно этим фактором.  Даже сейчас многие люди панически боятся дотрагиваться до мертвецов из-за боязни отравиться, причем автору сих строк в бытность студентом-медиком друзья советовали надевать по нескольку пар резиновых перчаток, чтобы «не подцепить чего в анатомке». Отчасти это объяснимо: у любого нормального человека вид мертвого тела вызывает неприятные ощущения – особенно когда тело мертво уже довольно давно, и в тканях начался процесс гниения, сопровождаемый специфическим запахом, – однако история говорит нам, что существовали целые народности, не испытывавшие никакого страха перед мертвыми, касавшиеся их, и не отмечавшие от этого никакого ущерба.

Так как же это произошло?

 

Устаревший термин

Термин «трупный яд» на сегодня устарел приблизительно так же, как название «золотуха» по отношению к туберкулезу. То, что мы знали под именем яда, называется птомаинами (от греческого слова Πτώμα, труп). Это биогенные амины, образующихся в процессе гнилостного распада животных белков и аминокислот с участием гнилостных микроорганизмов. Эти вещества в разных количествах содержатся в грибах, растениях и даже в пиве.

Так, Марквардт, фармацевт Штеттина, выделил первый птомаин (который назвал конином) из разлагающихся частей трупа в 1865 году и описал его как некую жидкость. В 1866 году Генри Бенс Джонс и Огюст Дюпре обнаружили в органах, тканях и жидкостях человека и животных алкалоидоподобное вещество, которое они назвали «животным хинидином», а в 1869 году Цюльцер и Зонненшайн выделили первые кристаллизующиеся птомаины, которые показали сходство с атропином и гиосциамином.

Формула конина

Людвиг Бригер описал мускарин, нейридин,  некие «тетанотоксин» и «тетанин» (ни один из них не анализировался более подробно), «митилотоксин», «мидатоксин» (в основном, образующийся при 4-месячном гниении конины), «гадинин» (вяленая рыба) и «тифототоксин».

Исследования птомаинов имели особое значение для химии того времени, поскольку собственные алкалоиды организма, которые образовывались после смерти в результате процессов биохимической деградации любого рода, могли имитировать присутствие предполагаемых растительных токсинов.

 

Что же происходит после смерти?

В мертвом теле из-за отсутствия циркуляции крови уже через несколько минут начинается разрушение, причем оно ускоряется в значительной степени из-за присутствующих в крови ферментов. Организм как бы начинает сам себя переваривать изнутри. А, учитывая то, что в кишечнике находится порядка 5–7 кг бактерий, участвующих в пищеварении, процессы гниения в трупе начинаются уже на первый день после смерти.

В случае гнилостного распада человеческого тела получается, в основном, 4 птомаина:

  1. кадаверин,
  2. нейрин,
  3. спермидин,
  4. путресцин.

Путресцин отвечает так хорошо знакомый всем тошнотворный запах разложения (т.н. « трупный запах»), и он действительно токсичен.

Проблема лишь в том, что он токсичен лишь в очень больших количествах – 2 грамма на 1 кг веса жертвы, то есть для человека весом 70 кг необходимо 140 грамм путресцина – совершенно нереальное количество!

Аналогично, смертельная доза кадаверина 2 г/кг, спермидина – 0,5 г/1 кг, а нейрина – 11 мг/1 кг. К тому же, например, нейрин (продукт распада преимущественно нервной ткани. на данный момент считается самым токсичным из птомаинов) хоть и ядовитый, в теле мертвого человека образуется в очень маленьких дозах. Подобные дозы можно получить, если ввести вещество в вену или коснувшись трупа рукой или другой частью тела с раной или порезом, чего никто, конечно же, делать не станет. Кроме того, не стоит забывать и о нашей печени, которая способна обезвредить небольшие дозы этих веществ, если они попадут в кровь, например, из-за все тех же повреждений кожи.

А если яд попадет через рот, большую часть птомаинов убьет кислая среда нашего желудка.

Так почему же умирают люди?

 

Что убивает на самом деле?

Человечество рано сообразило, что трупы опасны для живых. Фактически, первая бактериологическая война началась, когда один сосед отравил другому колодец, кинув туда дохлую кошку. Позже трупы даже катапультировали в осажденные города в надежде вызвать среди обороняющихся мор.  

Что касается истории медицинской, то в ней присутствовали и «прекрасные» традиции вскрытия трупов и проведения операций на одном и том же столе в медицинских лекториях. Неудивительно, что пациенты часто умирали от полученных инфекций.

На данный момент считается, что основная часть вины за тяжелые отравления и смерти лежит не на птомаинах – а на бактериях, которые вызывают гастроэнтериты. Поэтому неудивительно, что первый и самый главный источник угрозы – не вдыхание зловония и даже не контакт с трупом, а вода.

На втором месте стоит влияние токсичных веществ, которые вырабатывают бактерии, питающиеся птомаинами. На третьем – бактериальные инфекции совместно с непосредственным токсическим действием птомаинов. Кроме того, часть вреда наносят соединения серы.

Птомаины являются идеальной питательной средой для развития опасных микроорганизмов. В зависимости от причины смерти и степени разложения за болезнетворный эффект отвечает конкретный возбудитель, например бактерии чумы, холерный токсин, продуцируемый Vibrio cholerae, или столбнячный токсин Clostridium tetani.

Если мы вспомним классическую литературу, то найдем немало примеров смерти от инфекционных болезней, выдаваемой за смерть от трупного яда.

Вот, например, «Отцы и дети» Тургенева. Хотя считается, что Базарова губит трупный яд, фактически он заражается тифом, когда вскрывает зараженный труп, и оттого гибнет.

 

Клиническая картина отравления птомаинами

И все же, птомаинами также можно отравиться.

Так, большому риску подвергаются паталогоанатомы и судмедэксперты в силу особенностей своей профессии. Также это касается работников чрезвычайных служб, полицейских и служб, выполняющих роль санэпиднадзора. Войны и катастрофы – вот условия, при которых этому риску подвергаются и обычные люди.

Клиническая картина такого отравления схожа с симптомами любого другого: слюнотечение, тошнота, понос, головная боль, возможно – потеря ориентации и судороги в тяжелых случаях. Однако стоит помнить, что, как уже говорилось выше, основную опасность составляет попадание птомаинов в кровь. Довести бытовое отравление до летального исхода практически невозможно.

Более того, к птомаинам вырабатывается... иммунитет.

 

Птомаины в пище

Вначале нашей статьи мы говорили о том, что некоторые народности не испытывают проблема при контакте с трупами. Тому виной – птомаины из продуктов питания, которые они употребляют.

Так, например, разные народности Севера употребляют в пищу:

Хакарл (хаукартль) – тушу гренландской гигантской акулы, которую закапывают в песок на линии прибоя на несколько недель, а то и месяцев. Прогнившее до последней мышечной клеточки мясо – обязательный деликатес исландских гуляний на Рождество и Новый год. Часть древней кухни викингов.

Кивиак – «мешок» из тюленя, нафаршированный люриками и оставленный «дозревать». Традиционное блюдо кухни инуитов из северной Гренландии, кивиак готовится весной и естся зимой, когда другую пищу достать практически невозможно. Кивиак содержит много витаминов и других питательных веществ, а ферментация также является одним из надежных способов долгого сохранения пищи.

Копальхем (копальхен, копальхын, копальха, капальхес, копальгын) – традиционное блюдо нганасан, чукчей, ненцев, энцев, хантов и эскимосов. Представляет собой оленя, который  закапывается на болоте на полгода. Такое мясо высококалорийно, поэтому всего нескольких кусков достаточно для того, чтобы взрослый мужчина целый день мог работать на холоде, не замерзая и не испытывая физического истощения.

Все эти деликатесы могут быть смертельно опасны для остальных людей, непривычных к воздействию птомаинов. Однако есть и такие, которые мы можем (ключевое слово – «можем») попытаться употребить и сами.

Например, знаменитая шведская квашеная (а попросту говоря – забродившая) селедка – сюрстрёмминг. Она отвратительно пахнет, на вкус, по мнению некоторых, тоже не очень – но ее вполне можно попробовать. Или бобы натто – зброженные соевые бобы, которые могут долго храниться. Несмотря на их мерзкий запах, они невероятно полезны, а если не обращать внимание на липкость – то и довольно вкусны.

Но самое главное, все те же птомаины содержатся даже... в обычном пиве!

 

Изо всей этой истории есть очень простой вывод: мистика вокруг трупного яда – фикция. При контакте с трупом просто следует соблюдать правила безопасности, важнейшим из которых является запрет работать с мертвым телом лицам, имеющим повреждения кожи.

Так что, обнаружив на своем дачном участке мертвое животное или птицу, постарайтесь не избавляться от нее самостоятельно, а вызовите дезинфекторов. А также помните, что мертвое животное – не удобрение, а рассадник болезнетворных бактерий, поэтому в случае самостоятельного решения проблемы труп лучше сжечь, а на загрязненном разложением участке земли не сажать ничего в течение хотя бы года.

Количество просмотров: 6.
Добавить комментарий