Ивермектин и рак – великое западное надувательство

Американская медицина, к сожалению, славна не только дорогостоящими разработками новых лекарств. Не менее громкой является и ее дурная слава низкой доступности для пациентов, а от того – и всяческих попыток самолечения на всех уровнях. Также не меньшей проблемой есть и родственная предыдущей проблема шарлатанов от медицины всех мастей: одних – свято верящих в свои самодельные «чудодейственные» снадобья, и других – совершенно хладнокровно пользующихся чужой доверчивостью и бедственным положением.

История ивермектина – антипаразитарного препарата – яркий пример сочетания всех этих трех аспектов.

 

Ивермектин

В 2015 году Нобелевская премия в области физиологии и медицины была присвоена американцу Уильяму Кэмпбеллу и японцу Омура Сатоси. Их достижение состояло в изобретении принципиально нового средства против паразитарных инфекций, вызванных круглыми червями. Фактически, Кэмпбелл и Омура создали новый класс лекарственных препаратов – они открыли новый антибиотик на основе авермектинов.

Интересно, что начало исследований было положено японцем Омурой, который во время поиска биологически активных веществ в почве обнаружил микроорганизм Streptomyces avermitilis с выраженными противоглистными свойствами. Позже Кэмпбелл определил, что это его действие отвечает вещество под названием авермектин, из которого на следующем этапе изучения выделили еще более активное соединение – ивермектин.

Вначале ивермектин использовали для лечения паразитарных инфекций у животных, но в ходе исследований выяснилось, что он довольно безопасный и эффективный также и для человека.

В результате его применения в мире удалось существенно снизить распространенность онхоцеркоза (речной слепоты) и лимфатического филяриатоза (элефантиаза, слоновьей болезни) – опасных и плохо поддающихся лечению заболеваний, вызываемых паразитическими круглыми червями и передающихся через укусы насекомых1.

Казалось бы, препарат занял свою нишу.

Но в уже в 2020 году, во время эпидемии ковида, отдельные восторженные врачи и отчаявшиеся пациенты, которым не хватало средств для борьбы с новым возбудителем, проанализировали научные статьи на тему ивермектина и пришли к непоколебимому убеждению (не подтвержденному исследовательски должным образом), что ивермектин должен бороться с SARS-CoV-2 так же эффективно, как и со слоновостью. Активисты ссылались на результаты исследований, которые якобы игнорировались или даже скрывались от общества. Уже беглый анализ этих «исследований», проведенный в 2021 году, выявил, что в более чем в трети случаев из 26 проведенных проверок эффективности ивермектина для лечения COVID-19 имелись серьезные ошибки или признаки мошенничества, а остальные несли в себе те или иные погрешности. Так, в частности, наблюдались: попытки использования данных одного и того же пациента повторно; подтасовка выборки; ошибки при подсчетах или сознательное искажение цифр; неинформированность властей о проведении исследований.

В конце концов ВОЗ выпустила отдельный циркуляр, запрещавший использований ивермектина при ковиде2.

Эта история закончилась относительно благополучно. Но сейчас мы имеем новый виток применения ивермектина не по назначению – теперь как лекарства против рака.

Разберемся вместе с группой медиков-расследователей из Science Based Medicine, почему и откуда взялись такие убеждения.

 

Британский след

Новую волну вызвали вполне старые дрожжи. Идею о том, что ивермектин можно «перепрофилировать» против рака, внесла в общий дискурс некая Лори Тесс, уже знакомая медицинскому миру по организации движения против COVID-19 британская антипрививочница, одна из основательниц Bird Group в Великобритании.

Bird Group – это британская версия FLCCC (Frontline Covid-19 Critical Care Alliance), американской группы активистов-антивакцинаторов, созданной во время пандемии, которая заявляет про «минимальную» угрозу ковида как болезни, пропагандирует всевозможные антивакцинальные взгляды, и, конечно же, продвигает «альтернативные лекарства» – в частности уже знакомый нам ивермектин3.

Несмотря на то, что Тесс врач, это не мешает ей морочить голову пациентам. Она широко общалась со многими знаменитыми американскими коллегами-шарлатанами, и, видимо, прекрасно чувствует себя в этом мошенническом кругу. Так, например, как минимум с 2021 года у нее налажены тесные связи с печально известным Пьером Кори, американским сторонником теорий заговора относительно  COVID-19. Поэтому неудивительно, что вслед за Bird Group их американские коллеги FLCCC тоже стали заявлять о «перепрофилированию» ивермектина для лечения не только COVID-19, но и рака4.

 

От женской груди – до противоглистного

Еще одно имя, связанное с «перепрофилированием» ивермектина, звучит для потребителя гораздо более серьезно. Это Кэтлин Радди, хирург-онколог из Нью-Джерси, автор (якобы) научной литературы на тему рака молочной железы.

Звучит достаточно солидно, если не обращать внимание на целый ряд деталей, которые попадаются тебе на глаза сразу же после чуть более глубокого знакомства с этой почтенной дамой.

Во-первых, дама, несмотря на свою заявленную научную степень, ярая антипрививочница5.

Radius Health Exchange, упоминание о котором находится в шапке ее Твиттера – это хорошо известный в США веб-сайт врачей, практикующих «свободу здоровья», то есть банальных шарлатанов, зарабатывающих деньги на COVID-19 (так, в частности, они ведут «реестр невакцинированной крови» для тех противников вакцинации, которые нуждаются в переливании и думают, что продукты крови от вакцинированных от ковида людей безнадежно «заражены»). Мадам является СЕО этой организации.

При этом антивакцинаторство относительно COVID-19 не мешает Радди зарабатывать на вакцинаторстве от рака: одновременно она является основательницей Фонда здоровья и исцеления груди, полагающего, что причина рака молочной железы – вирус (в этом она переносит результаты незаконченных исследований на мышах на человека), а лекарство против вируса – вакцинация, и даже написала об этом книгу6.

Здесь стоит отвлечься и уделить несколько слов тому, почему подобные убеждения не соответствуют истине.

Действительно, мышиный ретровирус, который Радди обвиняет во всех грехах, ряд исследований нашли в 14–74% случаев рака молочной железы. Однако со временем результаты этих исследований были подвергнуты сомнению, потому что другие группы исследователей не смогли отыскать никаких доказательств присутствия этого вируса в тканевой культуре молочной железы, пораженной раком, или какой-либо связи между этой группой вирусов вообще и раком молочной железы у человека. Также вероятно, что культуры в первоначальных исследованиях были не совсем «чистыми»7.

Также, увы, современная медицина неоднократно доказала, что у рака нет ОДНОЙ причины. Эта теория не подтверждена ни единым практическим примером, и искать ОДНО универсальное лекарство против рака, как это делает Радди,  – и непрофессионально, и бесполезно.

Вторым «красным флагом» в биографии доктора медицинских наук является ее тесное сотрудничество с шарлатанами из  FLCCC.

Также «красным флагом» являются и периодические выступления госпожи дмн на мероприятиях Covid Madness, где она разделяет сцену с целой плеядой известных в США антипрививочников – Стефани Сенефф, Питером Маккалоу, Кристианом Нортрупом, Герт Ванден Босше, Ли Мерритт, Дэвидом Мартином, Асим Малхотра, Шерри Тенпенни, уже упомянутым Пьером Кори, Бретом Вайнштейном и другими.

 

«Исследования» FLCCC

FLCCC в Твиттере громко заявили о начале исследований по «переприфилированию» уже известных лекарств в антираковые средства. Идея прекрасна, но дьявол, как обычно, находится в деталях.

Во-первых,  заявленное исследование обсервационное – то есть доказательная ценность его низка.

Во-вторых, уже первый комментарий реального исследователя с реальным научным опытом и специализацией прекрасно описывает всю проблему:

«Вы серьезно? Я уже давно изучаю возможность непрофильного использования препарата от болезни Альцгеймера (автор описался, от бокового амиотрофического склероза, а не от Альцгеймера – далее в приведенном исследовании описывается рилузол, при применении которого Горски столкнулся как с трудностями достижения необходимого для уничтожения раковых клеток уровня препарата в живом организме, так и тем, что доза для уничтожения раковых клеток слишком высока вообще) для лечения тройного негативного рака молочной железы. Перепрофилирование лекарств далеко не так просто, как кажется, и большинство попыток терпят неудачу»8.

Похожие проблемы мешают и применению ивермектина при COVID-19 – в частности, концентрация препарата в лабораторных условиях, которая ингибирует репликацию SARS-CoV-2, в 50–100 (!) раз выше, чем та, которую можно безопасно достичь в кровотоке человека.

В-третьих, давайте просто посмотрим на формулирование FLCCC целей.

«FLCCC объявил, что сотрудничает с известным врачом и исследователем рака молочной железы Кэтлин Радди, доктором медицинских наук, для проведения обсервационного исследования в пяти клиниках США для отслеживания реакции пациентов на различные дополнительные методы лечения рака с использованием перепрофилированных для лечения рака лекарств и определения улучшения пятилетней выживаемости при нескольких типах рака, включая рак молочной железы, простаты, легких и колоректальный рак»9.

Такая формулировка сразу скажет человеку, знакомому с методами доказательной медицины, что FLCCC УЖЕ предполагает, что пятилетняя выживаемость при этих видах рака улучшится благодаря перепрофилированию лекарств для их лечения, и, таким образом, цель входит в конфликт с первичной задачей, которая должна быть поставлена – доказать, что у ивермектина вообще есть какая-то активность относительно рака.

Далее следует прямая речь Радди, где она говорит, что «Более года я наблюдала и консультировала 50 пациентов, использующих в схеме терапии различные перепрофилированные лекарства, при этом некоторые из них дали замечательные результаты. Нам предстоит узнать больше, поэтому я рада сотрудничать с FLCCC в этом новом исследовании» – что прямо свидетельствует о том, что наша уважаемая «доктор наук» незаконно экспериментировала с терапией или же принимала участие в незаконном лечении. У этого ее «наблюдала» нет ни необходимого для проведения подобных испытаний этического одобрения, ни одобрения институционального наблюдательного совета (IRB). К слову, это стандартная практика американских медицинских шарлатанов – их «исследования» не имеют одобрения IRB, потому что IRB никогда не выдаст одобрения, если только это не FDA хочет вводить на рынок новый препарат или исследователь получил государственное финансирование от NIH, NSF или другого агентства для поддержки исследования и/или работы в академическом или исследовательском учреждении, которое принимает федеральные средства.

«Пять клинических центров», где проводится это «исследование» от FLCCC – это:

  • Клиника «Здоровье и исцеление груди» – под руководством Кэтлин Радди.
  • Клиника под руководством Пьера Кори (уже упомянутого выше медика-шарлатана).
  • Brio Medical – «интегративный центр» лечения рака, возглавляемый Натаном Гудиером.
  • Meakin Metabolic Care, под руководством Чарльза Микина.
  • «Клиника Джеймс» под руководством Молли Джеймс.

При этом отдельно очень показательно, что Google «прячет» клинику Радди – реального веб-сайта клиники как такового нет, есть веб-сайт самой Радди, на котором она называет себя «хирургом, писателем, изобретателем, лидером здравоохранения».

Что касается клиники Leading Edge, которой управляет Пьер Кори, то уже сама фигура ее главы настолько одиозна (так, например, он на полном серьезе рассказывал про «распространение» вакцины против COVID-19, когда мужчины подхватывали «распространение» где-то вне семьи и передавали его своим женам посредством орального секса)10.

«Brio-Medical», возглавляемая Натаном Гудиером, – это «альтернативная» онкологическая клиника в Скоттсдейле в Аризоне. А сам Натан – «интегративный эксперт по раку», специалист «интегративной медицины» (если вы не все еще не в курсе, то «интегративной медициной» сейчас принято называть те методы и средства лечения, пользы от которых в условиях жестких требований доказательной медицины к проведению исследований найти не удалось; следуя тому же принципу, умственно отсталых называют «альтернативно одаренными»). Brio-Medical оперирует целым шарлатанским букетом практик и средств – например, использует «терапию потенцирования инсулина (IPT)», неэффективное и опасное для жизни пациента лечение рака, основанное на идее о том, что сахар питает раковые клетки, и поэтому следует снизить уровень глюкозы у пациента, насколько это возможно, с помощью инсулина, чтобы «потенцировать» активность «низкодозовой химиотерапии». Brio-Medical не брезгует ничем. На ее сайте есть гипербарическая оксигенация, вибрационная терапия, озонотерапию EBOO и, конечно же, едва ли не каноническое на фоне всего этого винегрета, внутривенное введение высоких доз витамина С. Сам глава клиники успешно сочетает специализацию по акушерству со специализацией по гомеопатии. Не хватает только ученой степени по таро.  

Чарльз Микин, возглавляющий Meakin Metabolic Care, несколько проще – он «всего лишь» считает рак одним из метаболических нарушений. Врачи оценят этот пассаж главы клиники:

«Наша нынешняя система здравоохранения не справляется с профилактикой. Ежегодный анализ крови, назначаемый в традиционных учреждениях первичной медико-санитарной помощи, направлен на выявление заболевания после его возникновения, а не на предотвращение его возникновения. Традиционные лабораторные показатели были разработаны для выявления болезненного состояния, когда значения уже превышают заранее определенный диапазон, но не позволяют ответить на важные вопросы, которые лежат в основе профилактической помощи: каковы диапазоны значений для оптимального здоровья? Какие лабораторные показатели свидетельствуют об идеальной функции клеток и органов, которая может предотвращать хронические заболевания, столь распространенные в пожилом возрасте? Краеугольным камнем нашей Программы является более частый и актуальный анализ крови, который обеспечивает более глубокое понимание функций клеток и органов. Наша ежеквартальная комиссия по анализу крови рассматривает лабораторные маркеры, наиболее важные для оптимизации здоровья, и предлагает действенные меры, которые могут привести их в оптимальный диапазон».

Стоимость Программы Минкина (общий анализ крови, биохимия, липиды, гемоглобин A1C, CРБ, тиреотропный гормон, магний, ЛДГ, гомоцистеин, витамин D3, мочевая кислота, ферритин, общий кортизол натощак и уровень инсулина натощак) – 3400 долларов в год. Даже с учетом американских цен – это конская цена за подобный набор, тем более что большинство его компонентов уже входят в стандартную медицинскую страховку.

Также Минкин продает модифицированные цитрусовые пектиновые БАДы от рака,  Scan Shield –  набор антиоксидантных добавок, которые якобы защитят пациента от воздействия ионизирующего излучения при прохождении МРТ, предлагает подписаться на его «Протокол оптимизации метаболизма рака доктора Микина» и отправляет пациентов покупать компоненты своей терапии не в обычной аптеке, а в аптеке своего партнера.  

Клиника Джеймс основана доктором Молли Джеймс, имеющей сертификат в области общей хирургии и интенсивной терапии. Она стажировалась в Медицинском центре Мерси-Де-Мойн и Университете Миннесоты, и после пяти лет практики решила, что ей нужны дополнительные деньги... простите, методы лечения пациентов, и выбрала так называемую «функциональную медицину» в помощники. Она объединила методологию функциональной медицины, включая  элиминационные диеты и протоколы лечения кишечника, в свою хирургическую практику и стала лечить пациентов с проблемами желудочно-кишечного тракта, поступающих на эндоскопию. Доктор Джеймс выступает за «свободу медицины, право пациентов на выбор и право врачей беспрепятственно заниматься медицинской практикой».

Помимо диет, Клиника Джеймс практикует такие шарлатанские методы, как EBOO (экстракорпоральная оксигенация и озонирование крови – то есть установку капельницы в каждую руку и переливание крови из одной капельницы в другую через диализный фильтр + озонацию), бесконтрольное и по-американски «щедрое» введение лошадиных доз витаминов и «биоидентичных гормонов», а также лечит «поствакцинальные повреждения». Также ожидаемо, что при клинике есть свой интернет-магазин пищевых добавок.

Что наисследуют эти светила с таким подходом  к медицине вообще и в полностью подконтрольных им клиниках – можно только догадываться.

 

Предшествующие исследования

Однако вернемся к «перепрофилированному» ивермектину.

FLCCC не предоставляют широкой публике протокол своих исследований (и это очередной «красный флаг» для разбирающихся в теме людей),  но каждые подобные исследования должны основываться на каких-то успехах предыдущих изысканий, давших результаты в пользу вероятного использования препарата с новой целью.

Что же имеется насчет ивермектина?

Имеется случай «излечения» пациента в Клинике Джеймс, где авторы «забыли» упомянуть о том, что пациент принимал официальную терапию в полном объеме, а химиотерапия и лучевая терапия при раке толстой кишки вообще дает положительный эффект у большинства пациентов со средним уменьшением размеров опухоли почти на 70%11.

В анонсе исследований также упоминаются некий вебинар, проведенный доктором Радди, а также ряд доклинических исследований на клеточных культурах и мышах, которые предполагают, что ивермектин обладает противоопухолевыми свойствами – в частности, исследование 2018 года, где якобы утверждается, что противоопухолевое действие ивермектина может быть реализовано в концентрациях, которые могут быть клинически достижимы на основании фармакокинетических исследований на людях. Авторы, опять же, «забывают» упомянуть важную деталь: хотя у ивермектина действительно есть свойство подавлять раковые клетки, доза, необходимая для достижения нужной концентрации в крови (таблица 3 в статье), во много раз превышает стандартную дозу ивермектина при инвазии круглыми червями, и даже в этом случае ее едва возможно достичь12.

Также в цитируемой статье четко говориться о токсичности ивермектина: чем выше филогенетическая шкала, тем ниже токсичность ивермектина. Авторы обзора упоминают 14 попыток самоубийства и случаи отравления авермектинами. Так, из 18 пациентов, подвергшихся воздействию абамектина, и одного – ивермектина, 15 получили отравление при пероральном приеме. У четырех из них симптомы протекали бессимптомно, а у восьми наблюдались незначительные симптомы при средней дозе приема внутрь 23 мг/кг (диапазон 4,2–67 мг/кг). У семи пациентов проявились тяжелые симптомы, такие как кома (семь), аспирация с дыхательной недостаточностью (четыре) и гипотония (три), после приема средней дозы 100,7 мг/кг авермектина (15,4 мг/кг для ивермектина и 114,9 мг/кг для абамектин). Все семь пациентов получали интенсивную поддерживающую терапию; 1 пациент умер через 18 дней в результате полиорганной недостаточности. Уже имея эти данные, можно предположить, что ожидаемая противоопухолевая концентрация препарата вряд ли будет достижима для людей в безопасных дозах.

Ну и еще один немаловажный момент: лечение рака – всегда не моно-, а политерапия. То есть даже если ограничения ивермектина удастся обойти, его придется использовать в сочетании с другими методами лечения, а при любой комбинации средств их побочные эффекты усиливаются. Упомянутый выше обзор УЖЕ упоминает о токсичности ивермектина – и она описана после всего ОДНОЙ дозы препарата. Что же будет, если эту дозу ввести повторно, да еще и скомбинировать ее с другими средствами?

 

Об американских медицинских шарлатанах можно говорить много – но, к сожалению, несмотря на всю критику со стороны коллег и попытки взять их под контроль, они продолжают вредить пациентам. Еще более опасны они для нас, привыкших, что любое иностранное «светило» знает все гораздо лучше местного специалиста, и не имеющих навыков отслеживать иностранных обманщиков.

Примечания

Количество просмотров: 54.
Добавить комментарий